Leo Abrahams «Scene Memory 2» (Figureight, 2021) | Джазист | Рецензии

Leo Abrahams
«Scene Memory 2»
(Figureight, 2021)

В конце 2019 года лондонский гитарист и саунд-продюсер Лео Абрахамс выполнил очередной тур по РФ. Его российская одиссея и до этого была достаточно яркой: Абрахамс приезжал сюда несколько раз, причем и как рядовой сайдмен лидеров с мировой известностью (Брайана Ферри, например), и сам по себе. Кто-то из его далеких предков — уроженец еще дореволюционной России, и Лео который год помаленьку учит русский и даже немного говорит на нем. Среди бесчисленного множества хороших проектов, в которых он задействован, есть сотрудничество с Борисом Гребенщиковым и запись музыки к нашумевшей киноэпопее «Дау» Ильи Хржановского. В туре 2019-го Лео придерживался на сцене строгой концепции: одно отделение играл самостоятельно, закладывая основу для будущего альбома, второе — в партнерстве с местными музыкантами, о которых раньше, как правило, не имел ни малейшего понятия. Одного лишь творческого вызова от исполнения импровизационной музыки для самой разноплановой аудитории артисту было мало: как говорит сам Абрахамс, спонтанное сотворчество может быть рискованным и даже провальным, но именно в нем может родиться нечто, чего никогда не достигнешь с хорошо знакомыми людьми. В итоге тур-2019 результировался не только в странных, спорных и порой откровенно забавных сценических экспериментах, но и в двух альбомах, которые были созданы российскими участниками проекта по итогам этих сессий. Томский ансамбль Strangelet Trio выпустил живую запись сессии с Абрахамсом под названием «Moments of Presence» (2020), а участники воронежской группы duso, басист Олег Сальков и синтезаторщик Никита Бондаренко, сработали качественное живое видео из теперь уже ставшего историей культового клуба «Петровский».

Сам же Абрахамс с выпуском обещанного альбома не спешил.

Безусловно, проблемы были не в гитаризме и не в мышлении, благодаря которым Лео уже давно прославился и стал одним из самых востребованных студийных музыкантов в масштабах мира (вы могли слышать его гитару и у Брайана Ино, и у Адели, и в голливудских саундтреках к «Друзьям Оушена», и у Регины Спектор, и у Эда Ширана, и у Мэриэнн Фейтфул, и в «Гарре Поттере», и у Леди Гаги, и в переигровках Лондонским симфоническим оркестром музыки из компьютерных игр). Достаточно сказать, что на его официальном сайте, в разделе «Дискография», после первых пары страниц с перечислением альбомов появляется лаконичная кнопка с надписью «…и еще 251».

То, что процесс получится небыстрым, стало ясно уже на первом же концерте того самого тура, а он случился в небольшом научном городке Протвино на юге Московской области, в представительном зале музыкальной школы, на сцене несообразно огромных пропорций. Аудитория, в которой перемешались люди все мыслимые возрасты, слои общества и уровни понимания импровизационной музыки, встретила получасовой сет Абрахамса в молчании. В его формально гитарной музыке, препарированной программной средой Ableton, не осталось ничего узнаваемо гитарного. Никаких «запилов», виртуозных соло, фидбэка от мониторов и экстатического кривляния лицом на высоких нотах. Электронно-космически-эмбиентный «выход» вполне мог произвести впечатление компьютерной музыки, записанной раз и навсегда и никак вообще не связанной с касанием струн. То, что Лео принципиально не пользовался предпрописанными «подложками», то, что любой звук в порталах был прямой реакцией непростых программных функций на определенное использование струны, «подтяжку», удар, на атаку пальцев и медиатора исполнителя, — всё это оставалось совершенно неочевидным. И самое высокое откровение было в том, что в один и тот же момент времени реакция самого артиста и публики разметались по совершенно разным концам шкалы: пока музыкант, вернувшись в гробовой тишине в гримерку, чуть не плакал от кажущегося ему провала (это с его-то опытом и уровнем!), аудитория сидела по местам в той же самой гробовой тишине — и никто не поднимался с места. Потребовалось несколько минут, прежде чем кто-то явно потребовал: «Еще». И только тогда стало понятно, что Абрахамс замахнулся на какую-то неведомую эмоциональную высоту в том, что формально продолжает называться эмбиентом и саундскейпом и выглядит более или менее одинаково для каждого, кто не был на концерте.

Проведя полтора десятка концертов и всё тщательно записав, Лео в итоге лишь воспользовался найденными точными настройками своего инструментария, но не использовал российские записи вообще. В каком-то смысле жаль: в его живых выступлениях было как минимум несколько мелодий (именно мелодий, как ни странно это звучит применительно к эмбиенту), которые рвали сердце абсолютно любой, даже самой отрицательно настроенной аудитории. Для итогового «Scene Memory 2» он оставил материал более экспериментальный, хотя в отдельных пьесах (вроде «Supplicant») приближается к чему-то бесстыдно светлому, хрупкому и прозрачному. Альбом уже самим названием дает прямую отсылку к ранней его работе «Scene Memory», выпущенной в 2005 году и стилистически очень близкой. Их общность не только в подходе как таковом, но и в личности самого артиста, который за прошедшие пятнадцать лет вырос, заматерел и созрел. Первый «Scene Memory» — это эксперимент молодого мастера, который пробует на вкус новые возможности. Нынешний — отточенное, изящно-совершенное, парящее осмысление себя в музыке, бескомпромиссно честный автопортрет ранимого, откровенного и смелого человека. Абрахамс нашел себя в скупых, немногословных и совершенных аккордах, которые вынимает из своей гитары коротким движением кисти и которые оставляет растворяться в обертонах и шуме. Ему близко хрусткое, репетитивное «зерно», напоминающее звучание старой грампластинки; он откровенно подсажен сам собой на дрожащие, торопливые повторения-отзвуки высоких частот, на гладкие и округлые полосы средних, на категоричный и угрюмый пульс басов. Но он бесконечно далек от того хрестоматийного электронщика, который нажимает свой сложный аккорд и дает ему жить отдельной жизнью. Каждую секунду своей музыки Лео работает с ней и контролирует ее.

Чтобы осознать всю радикальность и глубину манеры Абрахамса, надо представить себе, скажем, обычный детский синтезатор-самоиграйку. Ребенок, который захочет произвести впечатление на слушателя своим знанием Баха, включит какой-нибудь «тембр церковного органа номер 17», и при нажатии его пальцев на простенькую, дешевую клавиатуру электроника услужливо превратит простое касание двух электрических датчиков в насыщенный синтезированный звук, который будет и правда отчасти похож на орган. Но ребенок не будет иметь никакого отношения ни к музыке Баха, ни к технологии — его роль ограничится выбором уже готового произведения и уже готового тембра. Он может ошибиться в пьесе. Он не может изменить тембральную краску органа номер 17. Он не может прямо посреди пьесы органично переключиться на орган номер 18, если только его исполнение не предполагает откровенной клоунады.

Абрахамс же и создает свои произведения сам, и полностью формирует весь набор тембров, и владеет всем арсеналом управления этими тембрами (в отличие от синтезаторного органа, его «функции» постоянно меняются по ходу пьесы). И, наконец, он исполняет эти произведения на техническом уровне, который под силу не всякому профессионалу. Наверное, и не всякому слушателю под силу это оценить — многие так и останутся в роли пассажиров, которые только что пролетели над океаном на реактивном лайнере и лишь смутно верят, что пилот, наверное, не просто так ест свой хлеб и не просто так теперь пойдет на обязательный многочасовой отдых.

Поэтому очень жаль и тех, кто не видел рождения этой музыки на живых концертах, и тех, кто не рискнет провести сорок минут своей жизни в явном процессе вдумчивого слушания альбома (а не в режиме засыпания под него или приготовления пищи). Возможно, этим людям никогда не откроется та щемящая красота, которую Лео создал в своей лондонской студии, борясь со столь знакомым многим из нас комплексом самозванца и увязая в столь знакомых многим из нас перфекционизме и прокрастинации.

Но придет когда-нибудь и наше время. Абрахамсу еще нет и сорока пяти, и он обязательно еще приедет в Россию.


Слушать на Bandcamp | Apple Music | YouTube Music | Deezer | Яндекс.Музыка

Об авторе

Юрий Льноградский

Журналист и организатор концертов, специализирующийся в основном на современной авторской импровизационной музыке — от авангарда до джаз-рока.

Добавить комментарий

Наш плейлист

Архивы

Свежие комментарии