The Pop Group «Y in Dub» (Mute, 2021) | Джазист | Особый взгляд

The Pop Group
«Y in Dub»
(Mute, 2021)

Как вы знаете, если чего-то не было в «Симпсонах», значит, вы всего лишь проглядели соответствующую серию. А вот что вы, возможно, не знаете, так это то, что сила шоураннера мультсериала Мэтта Грейнинга простирается далеко за пределы экрана. В 2010 году Грейнинга поставили курировать британскую часть фестиваля All Tomorrow’s Parties и дали ему карт-бланш: помимо существующих музыкантов он мог затащить в лайнап любую группу из распавшихся — при условии, что ее участники до сих пор живы. Выбор Мэтта оказался, мягко говоря, впечатляющим. Февральским днем он позвонил продюсеру Марку Стюарту, в прошлом — фронтмену The Pop Group, одной из ярчайших групп британского постпанка, существовавшей всего четыре года (1977–1981) и записавшей лишь два альбома. Грейнинг спросил у Стюарта, не хочет ли тот собрать старых товарищей ради большого выступления.

С этого звонка началась история реюниона The Pop Group. История оказалась с продолжением и осенью 2021-го вылилась в выход «Y in Dub» — даб-версии дебютного альбома группы «Y», увидевшего свет еще в 1979-м. И это удивительная работа: во-первых, она изначально начинена джазом, а во-вторых, это первая джаз-пластинка, почти целиком сделанная продюсером.

Участники The Pop Group, слева направо: Деннис Бовелл, Марк Стюарт, Гарет Сейджер

Вернемся к Грейнингу. Марк Стюарт порядком изумился — и не только из-за сути предложения. «Папаша» самого безответственного отца в истории мультипликации Гомера Симпсона оказался поклонником самой граждански сознательной поп-группы в истории музыки. Это ли не удивительно! Подумав пару дней, Стюарт всё же отказал. Но мысль оживить группу, и без того витавшая в воздухе, проросла в нем и экс-соратниках. В том же 2010-м The Pop Group начали выступать, правда, на сценах поменьше.

Реюнион подкрепили новым альбомом «Citizen Zombie» (2015), выпестовать который вызвался Пол Эпворт — продюсер Адель и всего хитового инди-рока нулевых (Bloc Party, Maxïmo Park, The Rupture, Foster the People и другие). Сотрудничество показалось группе уместным. Несмотря на сохранившееся недоверие к индустрии, Марк Стюарт с товарищами всегда писали именно что хиты. Их мутная, но оригинальная смесь фанка, даба, фри-джаза и панка выстраивалась так, что получавшиеся песни, несмотря на дикое количество атональных кусков, долгих инструментальных планов, чистого вокализа и декламации, тащили танцевать, хватая прямиком за кости. Этот зубастый, ужатый до лозунгов коммунитаристский агитпроп атаковал внезапным, острым и выверенным ритмом. Подавлявшим любое телесное сопротивление, даже если мозг слушателя сопротивлялся посылу.

Но «Citizen Zombie» оказался неудачей. Портило его сразу несколько вещей. Странноватое представление самой группы о музыке, соответствующей эпохе. Сиропный лоск Эпворта, на корню срезавший весь угловатый шарм The Pop Group. И главное — полнейшее неумение продюсера работать с басовитым ямайским саундом, важнейшей составляющей музыки группы. Чтобы сгладить провал, группа поспешила записать еще одну пластинку — альбом «Honeymoon on Mars» вышел через год. Ради этой работы в команду вернулся еще один участник — Деннис Бовелл. Да так в ней и остался.

Деннис Бовелл был и остается одним из самых одаренных британских регги-продюсеров. Потому что, в отличие от значительной части коллег, никогда не замыкался в собственно дабе и регги: Бовелл жутко любит психоделический рок (и однажды играл его сам), фанк и соул. Его таланты пригождались всем — от крестного отца афробита Фелы Кути до легенд постпанка The Slits и Orange Juice. Именно Бовелл продюсировал первый альбом The Pop Group «Y», и всё великолепие этой записи — во многом его заслуга.

Даб на том самом первоначальном «Y» решительно сух. От него осталась лишь характерная сетка ритма да россыпь эффектов, разбросанных Бовеллом по ключевым паузам пластинки. Бовелл освободил всё пространство для баса Саймона Андервуда, свингующего между фанковым оттягом и реггийным пульсом, для метрономной гитары Джона Уоддингтона и для ударника Брюса Смита, то скользящего по установке, то вдруг решающего ее разнести. Впрочем, этим троим пришлось уживаться с весьма крикливыми соседями. Вопли сходившего с ума по битникам Стюарта бьют по ушам в момент, когда ожидаешь меньше всего; его вокал напоминает внезапный психоз, случившийся с диктором теленовостей. Голос, обернувшийся джазом сам по себе — нет ничего случайного в том, что позже одну из песен для второго альбома «How Much Longer Do We Tolerate Mass Murder?» Стюарт сочинял вместе с The Last Poets, адептами джаз-поэтри и отцами хип-хопа. Марка то и дело перебивал саксофон Гарета Сейджера: вертлявый, нахальный альт, будто старающийся распалить вокалиста. А с уоддингтоновой сейджерова вторая гитара почти что дралась. 

Выступления и студийные сессии Pop Group до чертиков напоминали происходившее на репетициях. Юные (на момент записи «Y» всем участникам группы едва стукнуло восемнадцать) Стюарт, Сейджер и Уоддингтон до хрипа спорили, кто круче: Сан Ра или Art Ensemble of Chicago, старина Колтрейн или Альберт Айлер, пока смеющийся над перепалкой Смит отстукивал партии Арта Блейки. В принципе, весь панк The Pop Group сводился к общему разделяемому всеми членами трикстерскому мироощущению. В остальном (с поправкой на географию) это была группа танцевального джаза — вроде тех, что играли музыку в клубах Нижнего Манхэттена, будучи под впечатлением от записей Орнетта Коулмана конца 70-х.

Именно этот дух удалось вытащить наружу Деннису Бовеллу при работе над «Y in Dub». Работать с мастер-пленками «Y» ему было неинтересно. В конце концов, всё, что он мог с ними сделать, он сделал. Поэтому он обратился к итоговому материалу и поиграл со звуком того «Y», каким мы его знаем. 

«Y in Dub» лишен сухости своего предшественника. Это очень плотная музыка, наслаждающаяся всей шершавостью своего материала. Бовелл словно позволил партии каждого инструмента тянуться дольше, чем ту заставляли в оригинале. Звукоследы сейджеровского саксофона и голоса Стюарта переплетаются, отскакивая от зафленджеренного баса. Где-то продюсер и вовсе врезал звучки, которых там раньше не было. Больше всего из подобного удивляет фальцет Стюарта в начале трека «We Are Time»: слыша его, каждый раз невольно вздрагиваешь именно от уместности этого крика, о которой ранее даже и мыслить не приходилось. Кроме того, всю ткань записи обтянули ревербом, но слоем настолько тонким и еле заметным, что он становится ощутим только в последних тянущихся нотах. 

Метаморфозы ни на йоту не изменили ощущение от альбома: это всё тот же грубый, прямолинейный и резкий «Y». Старый знакомый, не только изрядно похорошевший к новой встрече, но и научившийся бросаться колкостями пуще прежнего. Лучшее, что можно сделать на этом рандеву, — не пропустить ни одну из них. Слушая, как «Y in Dub» снова с огоньком распекает за пораженчество, мелочную жестокость, животный эгоизм и отсутствие фантазии лично тебя, думаешь вот что. 

Если бы не было оригинального «Y», бристольские диджеи не заимели бы моду вставлять джазовые брейки в хип-хоп и джангл, а голый король Шабака Хатчингс оказался лишенным того трамплина, благодаря которому ныне может расслабленно клепать незатейливый даб-фьюжн. Ну, или Матс Густафссон мог бы не найти общий язык с Джо Макфи, и тем более — не подыграть Нене Черри, которую после первого распада The Pop Group на сцену вытащил в группе Rip Rig & Panic как раз Гарет Сейджер. Вряд ли «Y in Dub» окажется записью настолько корифейской, как вышло с исходником. Но его же вопросом (y — сленговое сокращение от why, «почему») он жжет нервы даже несноснее родителя. Вполне возможно, что мы еще увидим его несводимое клеймо на тех, кто умеет так же ловко находить новое и поразительное в хорошо знакомом, как то сделал Бовелл.


Слушать на Bandcamp | Apple Music | YouTube Music | Deezer | Яндекс.Музыка

Об авторе

Артём Абрамов

Музыкальный критик, редактор издательства «ШУМ», сотрудник магазина/медиа STELLAGE, автор Telegram-канала Ain’t Your Pleasure.

Добавить комментарий

Наш плейлист

Архивы

Свежие комментарии