Выбор «Джазиста»: 10 лучших альбомов июля | Джазист | Дайджест

Выбор «Джазиста»:
10 лучших альбомов
июля

Седьмой выпуск альбомного дайджеста в 2021 году: редакция «Джазиста» выбрала 10 июльских релизов, достойных вашего внимания.


Hank Roberts Sextet
«Science of Love»
(Sunnyside)

Spotify | Bandcamp | Apple Music | YouTube Music | Deezer

Нью-йоркский авангардный и джазовый виолончелист Хэнк Робертс известен прежде всего своими записями с Биллом Фризеллом и Тимом Берном, сделанными еще в 80-х годах. О других его работах знают меньше. Во многом потому, что после этого периода его сольная карьера толком так и не сложилась — на пике активности он резко ушел в тень. В 1989 году Робертс переехал из Нью-Йорка в провинциальный город Итака и почти не выступал. И только в 2010-х он взялся наверстывать упущенное: вернулся в Бруклин, начал давать концерты, общаться с коллегами и между делом подбирать состав собственного джаз-бэнда. Так и родился его нынешний секстет, чей первый — сильнейший! — альбом «Science of Love» заслуживает всяческого внимания. Секстет из тромбона, саксофона, виолончели, скрипки, фортепиано и ударных — необычное сочетание для джаза. Ожидаешь от такого ансамбля, что и играть он будет что-то необычное, на стыке академической и авангардной музыки. Собственно, так и выходит. «Science of Love» заставляет вспомнить не столько, скажем, Чарльза Мингуса, сколько ранний прог-рок (например, Gentle Giant) или модернистский струнный квартет Леоша Яначека. Альбом состоит не из отдельных композиций, не связанных между собой, а из большой сюиты, развивающейся и разрастающейся по ходу музыкального повествования. Как и в классической сюите, в ней объединены разнохарактерные пьесы — от разухабистого бодрого грува «G — The Sharp Peak of the Science of Love» через танец, меланхолию, сосредоточение и поиск к пронзительной, полной щемящей интенсивности «G — Circular Rejuvenation».
Юрий Виноградов (рецензия)


William Parker
«Mayan Space Station» / «Painters Winter»
(AUM Fidelity)

Bandcamp

В один и тот же день, 23 июля, великий контрабасист Уильям Паркер выпустил на лейбле AUM Fidelity сразу два альбома: «Mayan Space Station» и «Painters Winter». Каждый из них записан в формате трио: «Mayan Space Station» с гитаристкой Авой Мендоса и барабанщиком Джеральдом Клевером, «Painters Winter» с трубачом Дэниэлом Картером и барабанщиком Хамидом Дрейком. В формате гитарного трио Паркер записался впервые, с Картером и Дрейком выпустил сиквел альбома двадцатилетней давности «Painter’s Spring». «Mayan Space Station» звучит подчеркнуто сыро, Паркер полностью сосредоточен на своем аскетичном груве, а Мендоса и Клевер, наоборот, получают пространство для самовыражения. Пластинка начинает за здравие, но ближе к концу немного вязнет в повторяющихся фразах Мендоса и излишней детальности Клевера. Но даже при своих очевидных уязвимостях она оставляет ощущение хорошего джемового альбома. В основе «Painters Winter», напротив, лежит серьезная композиционная подготовка. Только не подумайте, что Паркер внезапно превратился в педанта — он по-прежнему верен своему амплуа свободного мыслителя, и некоторая небрежность звучание только красит. Но, в отличие от «Mayan Space Station» и уж тем более от вышедшего в январе десятитомного «Migration of Silence Into and Out of the Tone World», на этом альбоме прослеживается главная идея, которой трио следует. Паркер увлеченно переосмысляет постбоп 60-х — поэтому сразу же возникают ассоциации с квинтетом Майлза Дэвиса, в первую очередь, благодаря приглушенному саунду трубы Картера, — и куда более очевидный для себя авангард 80-х. При этом пластинку не шатает из крайности в крайность, и стилистические переходы у трио получаются изящно. Играют музыканты на полутонах, когда каждый звук должен быть слышен отчетливо. Картер непререкаемо виртуозен как солист, но держится «Painters Winter» всё-таки на взаимодействии Паркера и Дрейка. Великая пара, конечно.
Александр Аношин


John McLaughlin
«Liberation Time»
(Abstract Logix)

Bandcamp | Spotify | Apple Music | YouTube Music | Deezer | Яндекс.Музыка

John McLaughlin, Liberation Time

Джон Маклафлин вряд ли нуждается в представлении. Выпускник «школы Майлза Дэвиса», вместе со своим наставником стоявший у истоков жанра фьюжн. Участник дерзкого трио Тони Уильямса Lifetime, соединявшего джазовые премудрости с сырым рóковым напором. Лидер Mahavishnu Orchestra, в музыке которого индийский фольклор сплетался с джазом и психоделическим роком. Основатель групп Shakti и Remember Shakti, рассматривавших индийскую музыку сквозь джазовую призму. Наконец, неотъемлемая часть великого акустического трио Эл Ди Меола — Пако де Лусия — Джон Маклафлин. Сейчас ему 79 лет, и он не теряет хватку. Маклафлин, который был и остается путеводной звездой для нескольких поколений гитаристов, всё так же быстр на руку и свеж в мыслях, но с годами его игра становится изысканнее и мудрее. Импровизируя, он, как и раньше, с интересом загоняет себя в гармонические ловушки, из которых тут же ловко выбирается. Альбом «Liberation Time» открывает композиция «As the Spirit Sings», чья сокрушительная джаз-роковая мощь заставляет усомниться в возрасте гитариста. Баллада «Singing Our Secrets», которая отдаленно напоминает «Blue in Green» с эпохального альбома Майлза Дэвиса «Kind of Blue», скоростная постбоповая «Right Here, Right Now, Right On» с довольно неожиданным для записей Маклафлина тенор-саксофоном и титульная «Liberation Time» — возможно, самые джазовые пьесы, которые поклонники гитариста слышали за долгое время. Конечно, верность Джона Маклафлина давно найденному стилю — фирменному, узнаваемому фьюжну — делает его новые работы довольно предсказуемыми, но тем не менее проходных альбомов у него не бывает.
Лев Боровков (рецензия)


Константин Сухан
«Orient Express»
(On the Air)

Bandcamp

Значение фигуры Константина Сухана для российской импровизационной сцены огромно. В свое время он открыл лейбл «ТОПОТ», рубил ноу-джаз в золотом составе группы «Бром», участвовал в самых сумасшедших коллаборациях с такими именитыми импровизаторами, как Генри Кайзер или Фамоду Дон Мойе, наконец, исполнял пьесы радикальных и сложных академических композиторов вроде Георгия Дорохова или Алексея Сысоева. Многие проекты Сухана сформировали современный язык джазовой импровизации, а сам Костя, вовремя сделав шаг в сторону от свободного джаза, углубился в изучение эмбиентной музыки и переосмысления стандартов в составе супергруппы Sober Head. В последние несколько лет Сухан сконцентрировался на поисках нового музыкального языка, пропуская звуки своей трубы через дилей и некоторые другие гитарные примочки. Подобная практика в разы увеличила творческие просторы Кости как композитора — кажется, теперь его музыка стала пробивать небеса. Альбом «Orient Express» звучит еще диковиннее предыдущего. Как всегда, в авангарде — задилеенная труба, надувающая пушистые звуковые облака. Центральное произведение альбома — трехчастный эпос «Депо», сублимирующий в себе всё: зацикленный звук трубы в сурдину и просто так, навороченные и неожиданные вкрапления электроники, звучащие как зашифрованные сигналы диспетчеров, момент леденящей тишины и много-много эха.
Евгений Галочкин (рецензия)


Samara Joy
«Samara Joy»
(Whirlwind)

Bandcamp | SpotifyApple Music | Deezer | Яндекс.Музыка

Samara Joy

21-летняя вокалистка Самара Джой Маклендон выросла в музыкальной семье: ее бабушка и дедушка руководили госпел-группой, а родители всячески поощряли слушательские опыты юной Самары. Взрослела девушка под R&B и соул, а джазом всерьез увлеклась только в колледже. Но когда это случилось, события начали развиваться стремительно: в 2019 году Самара победила в Международном конкурсе джазовых вокалистов имени Сары Воэн, стала выступать в ведущих джаз-клубах Нью-Йорка и работать с именитыми мастерами. А совсем недавно выпустила сольный дебют, названный просто — «Samara Joy». Словно для того, чтобы подчеркнуть стремительность происходящего, в аккомпаниаторы Самаре дан Паскуале Грассо — один из самых виртуозных и, что называется, скорострельных гитаристов консервативного крыла джазового мейнстрима. Репертуар пластинки — сплошная классика: вместо того чтобы идти на поводу у моды и новейших тенденций, молодая вокалистка выбрала джазовые стандарты. У Самары глубокий голос и необыкновенно приятный тембр, а поет она с чистотой камертона и восторгом неофита; в ее манере легко угадывается любовь к Саре Воэн и Элле Фицджеральд. «Фортепианная» фразировка Грассо и его молниеносные пассажи здорово оттеняют вокал главной героини, а ритм-секция работает как часы. Вот только несмотря на безукоризненный вокал, в искренность певицы поверить непросто: она не ошибается в звуках, но и не «проживает» слова песен — для этого ей пока не хватает то ли жизненного опыта, то ли актерского мастерства. Пожалуй, только в аранжированной под босса-нову «Only a Moment Ago», где Самара добавляет в вокал едва уловимую щепотку госпела и соула, она действительно раскрывается как оригинальный музыкант. История показывает, что создание настоящих произведений искусства почти всегда сопряжено если не с риском, то хотя бы с выходом из зоны комфорта. У Самары Джой отличные исходные данные — осталось только чуть смелее распорядиться ими.
Л. Б. (рецензия)


XT
«Deorlaf X»
(Otoroku)

Spotify | Apple Music | YouTube Music | Deezer | Яндекс.Музыка

XT, Deorlaf X

Под неброской вывеской XT скрывается дуэт саксофониста Сеймура Райта и перкуссиониста Пола Эбботта, которые занимаются также обработкой звука и электроникой. Их работа «Deorlaf X» издана на лейбле знаменитого лондонского Cafe OTO, пристанища экспериментальных музыкантов всех мастей — от классиков фри-джаза до суровых харш-нойзеров. Райт — один из постоянных резидентов, представляющих там раз за разом и то, что помещается в раздел свободной импровизации классического образца, и радикальные, сложные работы. Проект XT относится ко второй категории, и «Deorlaf X» — третий альбом дуэта. Начиная с полевых записей и глитча, а потом обрушивая на слушателя многослойный фри-джаз, Сеймур и Пол ясно дают понять, что легко не будет и к этим звукам нужно быть готовым. Сперва коллажная структура их музыки может оставить впечатление балагурства и суеты, но это обман: тут совсем нет неряшливости, а каждый переход тщательно продуман — о смене фактуры всякий раз сигнализирует дисторшн-звучание саксофона разной длительности. После нескольких прослушиваний задумка Сеймура и Пола по соединению разнородных элементов начинает раскрываться. Обязательно найдутся связи между такими полярными жанрами, как футворк и акустический редукционизм, фри-джаз и электроакустика. Такое сочетание идей из разных областей экспериментальной музыки не встречается больше ни у кого.
Илья Белоруков (рецензия)


Roy Brooks
«Understanding»
(Reel to Real)

Apple Music | Spotify | YouTube Music | Deezer

Альбом «Understanding» барабанщика Роя Брукса — концертная запись 1970 года в балтиморском клубе Left Bank Jazz Society. Почти сорок лет она считалась утерянной навсегда. Несколько лет назад мастер-копии всё же нашлись, и в июле этого года команда продюсеров во главе с «джазовым детективом» Зевом Фельдманом завершила, наконец, работу над переизданием. На момент записи Рой Брукс находился на пике своих возможностей. Впервые о Бруксе заговорили в период игры в квинтете Хораса Силвера. «Song for My Father» невозможно представить без созданного им ритмического рисунка. Во второй половине 60-х Брукс жил в Нью-Йорке и был невероятно востребован: играл у Юсефа Латифа, Чарльза Мингуса, Ли Моргана, Джеки Маклина, Сонни Ститта и других звезд хард-бопа. К началу 70-х Брукс вырос в музыканта с собственным языком и видением. Он знал, какую музыку хочет играть, и понимал, как это делать. Для записи «Understanding» Брукс собрал первоклассный состав: трубача Вуди Шоу, пианиста Харольда Мэйберна, саксофониста Карлоса Гарнетта и контрабасиста Сесила Макби. Их совместная запись стала примером одновременно выдающегося исполнительского атлетизма и свежести музыкальной мысли. Энергия на альбоме зашкаливает, соло в композициях длятся минут по семь, сами композиции — по двадцать, одна из них («Taurus Woman» авторства Карлоса Гарнетта) — полчаса. Сверхинтенсивная игра на «Understanding» не убивает мысль; наоборот, квартет Брукса прекрасен в своем коллективном полете фантазии. Там, где иные бы устали и свалились в громыхающую кучу-малу, Брукс и его команда держат взятую с самого начала предельную высоту. Они слишком виртуозно владеют инструментами, слишком многое знают о музыке, которой решили посвятить свои жизни, чтобы позволить себе схалтурить или впасть в скучную рутину.
А. А.


Patricia Barber
«Clique»
(Impex)

Spotify | Apple Music | YouTube Music | SoundCloud

«Clique» — первый за 21 год альбом джазовых стандартов, который вокалистка и пианистка Патриша Барбер записала после пластинки «Nightclub»; вот вам и ночной клуб, которому обложка пластинки, очевидно, без обиняков передает привет. Ни одной авторской песни Барбер тут нет — всё сплошь вещи из репертуара легенд вроде Фрэнка Синатры, Телониуса Монка, Эллы Фицджеральд. Но если «Nightclub» в свое время стал поворотной точкой в карьере Барбер и вывел ее из обоймы «старательных» и «подающих надежды» на орбиту настоящей большой дивы кул-джаза, то у «Clique» задача другая. Этот альбом стопроцентно соответствует своей обложке: он обещает приятный вечер в нуар-обстановке — без умничанья, попыток сказать что-то новое или вершить революцию — и добросовестно отрабатывает эту задачу. Материал для «Clique» собирался из номеров, которые певица и пианистка исполняла на бис во время допандемийных концертов. Как ни странно, принцип «анкор, еще анкор» сработал как надо: совершенно разные композиции в новом переложении действительно соединились правильным образом, что называется, до щелчка. Лаконичность и морозец, с которыми играет Патриша, во многом стали ее фирменным почерком, но на «Clique» и игра, и голос ее обрастают плотью и кровью. Это особенно заметно на балладе «Trouble Is a Man», превращенной в тягучее танго. Голос Барбер будто отталкивается от неутомимого мотора ритм-секции и становится крепче, эмоциональнее. С финальным аккордом становится понятно, что эта пластинка — сама по себе готовая концертная программа, идеальный лайв, который, увы, в ковидные времена оказался сыгран пока только для виртуальных слушателей. Но сыгран так, что ни малейшего сомнения ни в мастерстве написания аранжировок, ни в остроте игры, ни в бесконечном шарме 65-летней Барбер не возникает. 
Наталья Югринова (рецензия)


Philip Tabane
«The Indigenous Afro-Jazz Sounds
of Philip Tabane and his Malombo Jazzman»
(We Are Busy Bodies)

Bandcamp | Spotify | Apple Music | Deezer | YouTube Music | Яндекс.Музыка

Канадский лейбл We Are Busy Bodies переиздал дебютную работу гитариста Филипа Табане — важной фигуры джазовой сцены ЮАР. Сам Табане, скорее всего, поспорил бы с подобным утверждением. Даже когда его называют словом «музыкант», он стремится поправить говорящего и уточняет, что он не музыкант, а просто человек, который любит и играет музыку. Слово «джаз» Табане тоже не очень подходит: он любит рассказывать историю о том, как на музыкальном конкурсе в Дурбане, на котором он победил, организаторам пришлось придумывать для него отдельную категорию. По альбому «The Indigenous Afro-Jazz Sounds of Philip Tabane and his Malombo Jazzman», вышедшем в 1969-м, в принципе, хорошо слышны обе стороны вопроса — и та, в которой музыка Табане сцепляется с джазом, и та, где происходит нечто совершенно иное. Играют тут всего двое: сам Табане и барабанщик Габриэль Тобеджане. Уже с первой минуты открывающего номера «Kathloganao» слышно, что отношения между ними не вписываются в рамки ведущего и поддерживающего инструментов. Диалог между гитарой и перкуссией разворачивается менее предсказуемо: инструменты перебрасывают друг другу инициативу, меняются ролями, иногда и вовсе разбегаются по индивидуальным траекториям. На второй стороне альбома начинается самое интересное. Табане берется за свисток — главный инструмент южноафриканского жанра «квела», придуманного на рубеже 50-х и 60-х уличными мальчишками и превратившегося в огромное национальное явление. Получается же у него не сугубо традиционная музыка, но собственная вариация на ее тему.
Сергей Мезенов (рецензия)


 Roy Hargrove & Mulgrew Miller
«In Harmony»
(Resonance)

Apple Music

Этот альбом объединил две ранее неиздававшиеся совместные концертные записи трубача Роя Харгроува и пианиста Малгрю Миллера. Первая сделана в Нью-Йорке в Концертном зале Меркин в 2006 году, вторая — год спустя в Пенсильвании в Колледже Лафайет. Организацией выступлений занимался менеджер Харгроува Ларри Клотьер, который годы спустя передал мастер-копии в заботливые руки упоминавшегося уже в этом дайджесте продюсера Зева Фельдмана и лейбла Resonance Records. К сожалению на момент выхода пластинки в июле этого года обоих участников записей не осталось в живых. Миллер скончался в 2013 году в возрасте 57 лет, Рой Харгроув — в 2017-м, не дожив год до пятидесяти. Из-за этого во время прослушивания пластинки трудно избавиться от чувства светлой грусти: оба могли еще жить и жить, работать и работать. Но тогда, пятнадцать лет назад, они были в самом расцвете творческих и эмоциональных сил. Миллер и Харгроув играли вместе не один раз (в группе Superblue, на альбоме саксофониста Антонио Харта, в биг-бэнде Dizzy Gillespie All-Star Big Band), но на «In Harmony» они в первый и единственный раз записались вдвоем. Рой Харгроув и вовсе никогда ни до, ни после этого не записывался без барабанщика. Сложно сказать, в чем тут дело: в понимании уникальности момента или, может быть, в имманентной связи с блюзовыми корнями, ведь Харгроув вырос в Техасе, а Миллер — в Миссисипи. Но играют оба так, что щемит сердце. Каждая композиции на «In Harmony» исполнена филигранной техники, импровизации и горького блюзового чувства.
А. А.

Об авторе

Jazzist

Редакция.

Добавить комментарий

Наш плейлист

Архивы

Свежие комментарии